- Обзывала, обзывала, и я слыхал, - подтвердил Сергеич.
- Мужа батькой кличет! - отозвался Матюшка и засмеялся.
- Барин, голова, подходит, - продолжал Петр. "Ах, говорит, душечка, папашечка; вон у этого мужичка маленький ребенок: у них нет молочка; вели ему сейчас дать от меня корову, пожалуйста".
- У ней у самой, друг сердечный, маленький барчик был: ну, так она, значит, по себе и прикидывала, жалела, - заметил Сергеич.
- Не знаю, к чему уж она прикидывала, - отвечал Петр и снова продолжал: - Барин, голова, крикнул, знаешь, на меня по-своему. "Как, говорит, у тебя коровы нет? Пропил, каналья!" - "Никак нет-с, говорю; дом у нас заправной. Из-за мачехи мы пропадаем; в раздел бы нам, говорю, охота, а то батька в раздел не пускает и при доме не держит, как надо". Он маненько и смяк. "Хорошо, говорит, приходите ко мне завтра с отцом: я вас разберу". Я, голова, пришел домой, говорю батьке: "К барину, говорю, батька, нас с тобой завтра требует". "Пошто? - говорит; слышь, испугался старик. - Жаловался, что ли, ты, разбойник, на меня?" - "Нет, говорю, батька, что жаловаться! В отдел только просился: у тебя семья своя, у меня своя, что нам на грехе жить!" Батька и заплакал, слышь; ну, старый уж человек был, известно! "Бог с тобой, говорит, Петруша, поил-кормил я тебя, а ты, говорит, теперь, я старый да хворый, хошь меня покинуть". Мне стало жаль его, голова. "Что, говорю, тятенька, кидать мне тебя, кабы не твоя Федосья Ивановна". - "Полно, говорит, Петрушка, поживи со мной, все будет хорошо". Так мы и порешили, голова, на том. Только наутро, братец ты мой, старик уж другое порет. "Мне-ста, говорит, тебя, супротивника, не надо; ступай от нас вон; пойдем к барину". - "Пойдем", говорю. Пошли. Приходим. Барин, должно, голова, стороной слышал что-нибудь: на меня этак посмотрел - ничего, а на батьку взмахнул глазами. "Говорите!" - говорит. Стали мы говорить; плели, плели, братец ты мой, всех и куриц-то припутали, я то еще говорю словно бы как и дело, а батька и понес, голова, на меня: и пьяница-то я, и вор, и мошенник. Я ему и говорю: "Не грех ли, говорю, батька, тебе это говорить?" Барин тоже слушал, слушал нас, да как крикнет на батьку: "Ах ты, говорит, старый хрен, с седой бородой, взял молодую жену да детей всех на нее и променял! Сейчас, говорит, старая лисица, плут, отделить парня, а с твоей супружницей я еще переведаюсь. Я ей дам кутить да мутить в семье!" И пошел, голова!.. Тут лакей подвернулся - на того; барыня пришла: "Что ты, говорит, душечка, сердишься и себя не бережешь!" - и на ту затопал. Мы с батькой уж ничему и не рады, драло из горницы, и до избы еще, голова, не дошли, смотрим: два дворовые парня нашу Федосью Ивановну ведут под ручки...
Сергеич засмеялся.
- Ступай, значит, Варвара, на расправу: так ее, бестию, и надо, проговорил он.
- Воротилась, голова, домой и прямо на печку, - продолжал Петр, ничего уж и не говорит, только проохивает. Смех и горе, братец ты мой!
Сергеич продолжал улыбаться.
- А что, я словно забыл, миром вас делили али так разошлись по себе? спросил он.