Семен усмехается.
- Пожалуй, что того и жди, - подтверждает он. - Покойный ваш папенька тоже говаривал, как этак с весны теплая погода начнет: "Ну, говорит, будет вычет; как подует от Николы любезный, так и ходи недели две в шубах".
(Никола - приход, от нас в северной стороне.)
- Неужели каждый год это бывает?
- Почесть что каждый год, что вот я ни живу; бог знает, отчего это! Кто говорит, что пахать начнут, пласт поднимут, так земля из себя холод даст, а кто и на черемуху приходит: что как черемуха цветет, так от нее сиверко делается... Бог знает, как и сказать.
- А куда завтра народ пошлешь? - спрашиваю я его.
- Завтра на дороги надо выгнать: выбивают. Сотской два раза прибегал, исправник его хлестать хочет, что дороги долго не чинят.
- Ну, на дороги, так на дороги, откладывать нечего в дальний ящик, не отвертишься!
- Известно-с, - соглашается Семен, - за нами хоть бы и без вас, прибавляет он, - хошь кого извольте спросить, никогда супротив прочих ни в чем остановки нет; как другие вышли, так и мы.
- Это хорошо; так и надо. Ступай, однако, отдыхай, - заключаю я.