Вуландъ (поблѣднѣвъ).
Это вѣроятно г. Андашевскiй представилъ все вашему сiятельству въ превратномъ видѣ; но въ этихъ статьяхъ ни я, ни г. Шуберскiй нисколько не участвовали; а что они являются, такъ потому, что дѣло это огласилось на весь Петербургъ и что оно не выдумано, а фактъ, такъ какъ я даже доказательство имѣю на то: г-жа Сонина, бывшая близкою особою господина Андашевскаго, прислала мнѣ письмо, удостовѣряющее, что все напечатанное въ газетахъ совершенно справедливо и къ этому присоединила даже собственноручную записку г. Андашевскаго, подтверждающую этотъ фактъ, прося все это представить вашему сiятельству, чтò я и исполняю въ настоящемъ случаѣ!.. (подаетъ графу письмо Сониной и записку Андашевскаго).
Графъ (бѣгло взглянувъ на то и на другое).
Ничего этого знать я не хочу!.. Вотъ все это!.. Вотъ!.. (рветъ письмо и записку).
Вуландъ (окончательно поблѣднѣвъ).
Ваше сiятельство, вы уничтожаете документъ!
Графъ (кричитъ).
Никакого тутъ документа нѣтъ!.. Мало-ли о какихъ деньгахъ онъ могъ писать ей!.. Вотъ всѣ ваши документы! (рветъ письмо и записку еще на болѣе мелкiе куски и бросаетъ ихъ на полъ). А я вамъ повторяю, что съ доносчиками и клеветниками я служить не желаю!
Вуландъ.
Не желать со мной служить вы можете; но уничтожать документы вы не имѣете права – я жаловаться на то буду!