Но если и есть у ней такiя доказательства, развѣ она скажетъ объ нихъ.
Владимiръ Иванычъ.
Скажетъ, потому что она зла теперь на Андашевскаго за его измену; а, наконецъ, она дура набитая: у ней всегда все можно выспросить и даже выманить; главное, нѣтъ-ли у ней какого нибудъ документика обличающаго: письмеца его или записочки?
Вильгельмина Ѳедоровна.
Положимъ, у ней найдется такой документъ и она отдастъ его; но что-жъ потомъ будетъ?
Владимiръ Иванычъ.
Потомъ превосходно будетъ: я двадцать такихъ писачекъ, какъ Шуберскiй, найму и заставлю ихъ называть въ газетахъ прямо уже по имени г. Андашевскаго; мало того: я документъ этотъ лично принесу къ графу и скажу, что получилъ его по городской почтѣ для доставленiя ему.
Вильгельмина Ѳедоровна (недовѣрчиво пожимая плечами).
И графъ, разумѣется, разсердится на тебя за это; потому что Андашевскiй все-таки его созданiе, а потомъ они уже вмѣстѣ, вдвоемъ, начнутъ тебѣ мстить и преслѣдовать тебя!
Владимiръ Иванычъ.