Вильгельмина Ѳедоровна
(тоже вспыхнувъ отъ досады).
Ну, я женщина, а потому должна была бы имѣть меньше самолюбiя, чѣмъ мужчина, – но я лучше бы сквозь землю провалилась, чѣмъ вынесла подобное униженiе.
Владимiръ Иванычъ.
Проваливайся, пожалуй!.. Какъ кого удивишь!.. Скажутъ только, что одной дурой на свѣтѣ меньше стало.
Вильгельмина Ѳедоровна (разсердясь).
Дурой… Ты самъ послѣ этого дуракъ!.. За что ты бранишься?
Владимiръ Иванычъ.
Какъ же не браниться! Говоришь какой-то вздоръ, фантазiи какiя-то!..
Вильгельмина Ѳедоровна.