Прихвоснев (несколько заминаясь). Того, что я будто бы действием был оскорбляем. Это все выдумал господин писачка, который, прямо уже теперь скажу, приходил ко мне и просил двадцать пять целковых. Я ему не дал, вот он и написал на меня. Он еще погоди: я его притяну к суду; он посидит в Титовке! (Софье Михайловне.) Не верьте, сударыня, все это клевета, и вы не будете ли так добры, не посетите ли вы мой сад?
Софья Михайловна. Аполлон Алексеич несколько раз меня звал; может быть, как-нибудь соберусь и приеду.
Прихвоснев. Сделайте милость! Билетов прошу не брать, а даром, и увидите, что у меня все чинно, прилично и на благородную ногу.
Блинков (Софье Михайловне). Когда вы будете, то позвольте пригласить вас на две кадрили и на мазурку.
Софья Михайловна (улыбаясь). Хорошо!
Блинков (раскланиваясь пред ней). А теперь имею честь кланяться.
Софья Михайловна (протягивая ему руку). Прощайте! Merci за букет.
Блинков. Если вам угодно, я другой еще привезу.
Софья Михайловна. Нет, благодарю; я до цветов не большая охотница!
Блинков (Прихвосневу). До свидания!