Господин этот назывался Александр Иванович Имшин. Он подъехал к нашим дамам.
- Хорошо, хорошо - так поздно!.. - говорила председательша в одно и то же время ласковым и укоряющим голосом.
- Я объезжал в поле Абрека; он ужасно у меня сегодня шалил, - отвечал Имшин и ударил коня по шее; тот еще заметнее вздрогнул телом своим и еще ниже понурил голову. - Что ваш муж? - спросил Имшин.
- Спит! - отвечала председательша.
Она уже с красивого наездника не спускала глаз.
- Стало быть, покоен? - продолжал тот.
- Он еще ничего не знает. Я буду кататься до самых поздних сумерек и заеду к вам!
Имшин, в знак согласия, мотнул головой; затем, сделав лансаду, повернул лошадь так, что поехал не по направлению катанья, а навстречу ему, и через несколько минут очутился в самом заднем ряду. Там, между прочим, ехала отличнейшая пара лошадей в простых пошевнях, в которых сидела толстая женщина в ковровом платке с красно-багровым лицом и девочка лет тринадцати четырнадцати, прехорошенькая собой.
- Выехали? - спросил их Имшин ласково.
- Да-с! - отвечала толстая женщина.