Князь, вы такой добрый и благородный! Надеюсь, вы этого письма моего не перехватили, не прочли его?
Князь Сергей (не спеша и с ударением). Я письмо ваше перехватил... прочел... и оно теперь у меня...
Княгиня опять делает движение.
(Смотря ей в лицо.) По вашему лицу, княгиня, видно, что вам поступок мой кажется неблагородным... c'est une action ignoble;[12] совершенно справедливо; но вспомните: из-за женщин люди десять лет сражались, из-за любви люди идут на плаху, в тюрьму, убивают коварно друзей своих, а потому, я думаю, мое маленькое неблагородство, особенно кто видел красоту вашу, извинительно.
Княгиня (почти плача). Князь, я и без того теперь такая несчастная, а вы еще смеетесь надо мной!
Князь Сергей (пододвигаясь к ней и страстным голосом). Не смеюсь я, кузина, а плачу... Как и чем мне доказать вам весь пламень сжигающей меня страсти?.. Я для вас... как это... j'ai brise,[13] изломал всю мою жизнь!.. Мне скучен Петербург, двор... я живу более года, без всякой надежды, около вас и около ревнивой пасти вашего мужа, и мне остается, как утопающему, схватиться за соломинку, одна надежда воспользоваться вашим письмом!
Княгиня (вставая и намереваясь уйти). Пустите меня! Я и то долго позволила себе слушать непристойные речи ваши.
Князь Сергей (останавливая ее). Еще два слова, от которых, может быть, зависит ваша и моя жизнь: по письму вашему видно, что сердце и душа ваша вся принадлежит тому счастливцу (задыхающимся голосом), но мне дайте счастие обладать вами только на самый краткий миг, потом я буду глух и нем к своим собственным чувствам, буду аккомодировать вашей любви к другому, буду скрывать ее.
Княгиня. Вы, князь, так уж низко меня разумеете, что прошу вас оставить мой дом.
Князь Сергей. Княгиня, я бешен и безжалостен буду к вам: я отдам письмо ваше вашему мужу!