- Конечно, отказать.
- А! Это другое дело! Я берусь даже вам продиктовать письмо.
- Сделайте божескую милость, войдите в мое положение! - сказала Катерина Архиповна и тотчас же принялась под диктовку толстяка писать письмо к моему герою. Оно было следующего содержания:
"Милостивый государь, Сергей Петрович! За ваше предложение я, из вежливости, благодарю вас и вместе с тем имею пояснить вам, что я не могу изъявить на него моего согласия, так как вполне убеждена в несправедливости ваших слов о данном будто бы вам моей дочерью слове и считаю их за клевету с вашей стороны, во избежание которой прошу вас прекратить ваши посещения в мой дом, которые уже, конечно, не могут быть приятны ни вам, ни моему семейству".
Вот какой ответ получил мой герой с чудным малым и сначала пришед в сильное ожесточение, тотчас же вознамерился ехать к Катерине Архиповне и объясниться с ней, но, сев в сани, раздумал и велел везти себя к Мамиловой.
Варвара Александровна была дома и сидела в своем кабинете одна. Она очень обрадовалась приезду гостя.
- Как вы милы, monsieur Хозаров, - сказала хозяйка, - что посетили затворницу.
M-r Хозаров на этот раз не был, по обыкновению, любезен, потому что, поклонившись, и поклонившись, разумеется, довольно грациозно, сел и задумался.
- Что с вами? - спросила внимательная хозяйка.
- Сегодня одна из лучших надежд моих лопнула и взорвана на воздух, сказал он и прибавил. - О, люди, люди!