- Что это, почтеннейшая, вы изволите так бездействовать, тогда как я обделываю великие дела! - вскрикнул он, стаскивая хозяйку за руку с постели.
Он был, видно, в весьма хорошем расположении духа и, как кажется, немного навеселе.
- Постойте, проказник, дайте поправиться. Ах, какой вы шалун! Ну, что такое там у вас случилось?
- Случился случай случайнейший. Во-первых, voyez-vous, madame! [взгляните, сударыня! (фр.).] сказал он, вынув из кармана футляр и раскрыв его перед глазами Татьяны Ивановны.
- Ах, какие прекрасные брильянты! Батюшка, ай, батюшка, посмотрите, средний-то с орех... Какие отличнейшие вещи! Где это вы взяли, купили, что ли?
- Это еще не все, мадам, я вам сказал прежде во-первых, но теперь во-вторых: voyez! - И он вынул из кармана бумажник, в котором было положено с тысячу рублей ассигнациями.
- Да что вы, проказник этакий, клад, что ли, нашли?
- Погодите, погодите, терпение, мадам, это еще не все: regardez! [смотрите! (фр.).] - И он одернул перчатку с руки, на большом пальце которой красовался богатый перстень.
- Ах, какой отличный солитер! Батюшка, Сергей Петрович, да где вы все эти богатства приобрели?
- Уж, конечно, не у вашего скота, Ферапонта Григорьича, позаимствовался. Всем этим богатством, что видите, наградила меня заимообразно моя милая фея, моя бесценная Barbe Мамилова.