Тот представил ею Белавину.
- Monsieur Белавин! - проговорил он с усмешкою.
Студент пришел в окончательный восторг.
- Как я рад, что имею счастие... - начал он с запинкою и садясь около своего нового знакомого. - Яков Васильич, может быть, говорил вам...
Белавин отвечал ему вежливой улыбкой.
- А что, как ваш Гамлет идет? - спросил Калинович.
- Гамлета уж я, Яков Васильич, оставил, - отвечал студент наивно. - Он, как вы справедливо заметили, очень глубок и тонок для меня в отделке; а теперь - так это приятно для меня, и я именно хотел, если позволите, посоветоваться с вами - в одном там знакомом доме устраивается благородный спектакль: ну, и, конечно, всей пьесы нельзя, но я предложил и хочу непременно поставить сцены из "Ромео и Юлии".
- И сами, конечно, будете играть Ромео? - спросил Калинович.
- Да, не знаю, как удастся. Конечно, на себя я еще больше надеюсь, потому что все-таки много работал, но, главное, девицы, которые теперь участвуют, никак не хотят играть Юлии.
- Отчего ж? - спросила Настенька.