- Как не быть довольну, помилуйте! - подхватил с умильною физиономией правитель. - У его превосходительства теперь по одной канцелярии тысячи бумаг, а теперь они по крайней мере по губернскому правлению будут покойны, зная, какой там человек сидит - помилуйте! А хоть бы и то: значит, уважаются представления - какого сами выбрали себе человека, такого и дали. Это очень важно-с.
- Как же не важно! Сила, значит, - заметил предводитель.
- Сила большая-с; слава богу, можно нам служить усердно и покойно! подхватил правитель канцелярии, зажмуривая глаза.
Сыграв маленькую пульку у губернатора, предводитель уехал к другому предводителю, у которого в нумере четвертые сутки происходила страшная резня в банк. Вокруг стола, осыпанного рваными и ломаными картами, сидело несколько человек игроков. Лица у всех почти были перепачканы мелом, искажены сдержанными страданиями и радостями, изнурены бессонницею, попойкою. Кто был в сюртуке, кто в халате, кто в рубашке; однако и тут переговорили о новом вице-губернаторе.
- Откуда вы? - спросил хозяин, в пух продувшийся и, несмотря на это, самым сибаритским образом развалившийся на диване.
- От губернатора, - отвечал предводитель с вольнодумной улыбкой. - О новом вице-губернаторе все говорили.
- Ну, что, батюшка? Что такое? - спросил советник губернского правления.
- Да что! Старик ваш хвалит, доволен! - отвечал предводитель.
- Это уж не Калиновича ли? - спросил банкомет, совершенно черный господин и, как видно, вполне желчного и мизантропического характера.
- Да, Калиновича... Что же? - спросил в свою очередь предводитель несколько обиженным тоном.