- Нет, это невозможно! Я бы на ее месте не вынесла!
С концом этого акта ужасно всех интересовало, что ж дальше будет.
- Чудесная актриса, чудесная! - слышалось всюду.
- Мила, чрезвычайно мила! - подтверждали дамы.
- Я только такую в Варшаве и видел, когда мы там стояли; а то ни в Петербурге, ни в Москве нет такой, - рассказывал почти всем председатель казенной палаты.
Калинович сидел, опустив голову.
В третьем акте драма начала развязываться. Графиня делает бедной Эйлалии предложение от своего брата, честного майора. Отказать никаких нет причин, но она не может его принять, потому что считает себя мало еще пострадавшею.
- Не слыхали ли вы чего-нибудь о баронессе Мейнау? - спрашивает она.
- Да, - отвечала ей графиня, - мне помнится, что я что-то слышала об этой твари... Она, как мне говорили, сделала несчастным честнейшего человека.
- Самого честнейшего! - подтвердила Настенька и взглянула на Калиновича.