- Вовсе не дикость.
- Как не дикость? Чего же ты боишься людей?
- Я не боюсь, но не люблю общества; мне как-то неловко бывать с людьми; все на тебя смотрят: нужно говорить, а я решительно не нахожусь, в голове моей или пустые фразы, или уж чересчур серьезные мысли, а что прилично для разговора, никогда ничего нет.
Лизавета Васильевна покачала головой.
- Странный ты человек! Другой на твоем месте еще в Москве бы познакомился с Кураевыми.
- Вот прекрасно! Каким же образом я мог бы познакомиться?
- Очень просто: приехать в дом, да и только.
- С какой же стати я приехал бы?
- Да как же другие-то знакомятся?
- Я не знаю: их, верно, зовут.