- А мужа моего не видали там? - проговорила княгиня, и у ней опять при этом задрожали губы.
- Нет, не видал, ни разу не заставал, - отвечал, улыбаясь, Елпидифор Мартыныч, - а сказывала старуха, что бывает у них.
- К чему же она вам сказывала это? - допрашивала княгиня.
Оскорбленная любовь и ревность сделали из нее даже искусную допросчицу.
- Да к тому... - отвечал Елпидифор Мартыныч протяжно и соображая (он недоумевал еще отчасти: все ли ему говорить княгине или нет), - что жаловалась на дочь.
- Но какая же связь тут, что она жаловалась на дочь и что князь бывает у них?
- А такая вот, - отвечал Елпидифор Мартыныч, кашлянув, - что князь, собственно, и бывает у них для дочки...
- Стало быть, мать против этого? - допрашивала княгиня.
- Сначала была против, - отвечал Елпидифор Мартыныч, с лукавой улыбкой, - а теперь, кажется, за.
- Но почему же прежде против, а теперь за? - спросила княгиня.