- Я надеюсь, что в его чувстве ко мне и к жене есть маленькая разница!
- Не знаю-с!.. Мы его чувства к жене оба с вами не видали.
- Но какое же его чувство ко мне, как вы находите, серьезное или пустое? - спрашивала Елена настойчиво, но с заметным трепетом в голосе.
- Серьезных и пустых чувств я не знаю, - отвечал ей Миклаков, - а знаю страстные и не страстные, и его чувство к вам пока еще очень страстное!
- Подите вы! Вы говорите только с одной какой-то животной стороны.
- Да ведь по-нашему с вами человек только животное и есть, - говорил Миклаков, устремляя на Елену смеющиеся глаза.
- Что ж из этого?.. Но он все-таки может любить в другом: ум, образование, характер, - перечисляла Елена.
- Все может, жаль только, что все это не по религии нашей с вами! подсмеивался Миклаков.
- Никакой у вас нет религии и никогда не бывало ее, потому что никогда не было никаких убеждений! - прикрикнула на него Елена.
- Совершенно верно-с. Кроме того твердого убеждения, что весь мир и все его убеждения суть не что иное, как громаднейшая пошлость, никогда никакого другого не имел! - подхватил Миклаков.