Подъехав к дому Григоровых, он не совсем был уверен, что его примут, и его действительно не приняли бы, но за него заступилась г-жа Петицкая.
- Примите его, душенька! - воскликнула она. - Я так много слышала об этом господине.
Княгиня послушалась ее и велела впустить Николя.
Тот влетел расфранченный и блистающий удовольствием.
- Анну-то Юрьевну... - начал он отшлепывать сию же минуту своими толстыми губищами, - выгнали из службы!
- Как выгнали? - спросила княгиня почти испуганным голосом.
Г-жа Петицкая свои, по обыкновению, опущенные в землю глаза при этом приподняла и уставила на Оглоблина.
- Выгнали! - повторил Николя почему-то с необыкновенным удовольствием. - Там у ней начальница училища была какая-то Жиглинская... Она девушка, а очутилась в положении дамы, а Анна Юрьевна все заступалась за нее, - их обеих и вытурили! Ха-ха-ха!
- Вот как, и Елену вытурили? - спросила г-жа Петицкая как бы больше княгиню.
- Не знаю, я не слыхала этого, - отвечала та с некоторым сомнением.