- Ну, делайте там, как хотите! - сказала та с прежней досадой и отворачиваясь лицом к стене.
- Я очень рад, конечно, - отвечал князь и пожал даже Миклакову руку.
- А когда же эта история будет? - спросил тот.
- Как-нибудь на этой неделе, - отвечал протяжно князь. - Можно на этой неделе? - счел он, однако, нужным спросить и Елену.
- Мне все равно! - отвечала та, не повертываясь к ним лицом.
- На неделе, так на неделе! - сказал Миклаков и веялся за шляпу.
- А вы еще к нам... К княгине зайдете? - спросил его князь.
- Зайду-с, - отвечал Миклаков опять как бы несколько сконфуженным голосом.
По уходе его, Елена велела подать себе малютку, чтобы покормить его грудью. Мальчик, в самом деле, был прехорошенький, с большими, черными, как спелая вишня, глазами, с густыми черными волосами; он еще захлебывался, глотая своим маленьким ротиком воздух, который в комнате у Елены был несколько посвежее, чем у него в детской.
- Милый ты мой, - говорила она, смотря на него с нежностью. - И тебя в жизни заставят так же дурачиться, как дурачатся другие!