Миклаков, в свою очередь, тоже, хоть и усмехался, но заметно растерялся от такого прямого и откровенного предложения. Услыхав поутру от Елены, что княгине и ему хорошо было бы уехать за границу, он считал это ее фантазией, а теперь вдруг сам князь говорит ему о том.
- Что ж, вы проводите ее или нет? - спросил его тот, снова указывая глазами на жену.
Миклаков видел необходимость что-нибудь отвечать.
- Мне еще для этого прежде нужно в отставку подать, - проговорил он как бы размышляющим и соображающим тоном.
- В отставку подать недолго, - подхватил князь.
Миклаков думал некоторое время.
- Но я не знаю, - произнес он потом, - приятно ли будет княгине мое сопутничество.
- Вы желаете, чтобы Миклаков вам сопутствовал? - отнесся к ней князь.
- Желаю, потому что все-таки лучше ехать хоть с одним знакомым человеком, - отвечала княгиня.
- Ну, поэтому и все теперь! - сказал князь. - Через неделю вы, полагаю, можете и ехать, а к этому времени я устрою тамошнюю жизнь вашу! - прибавил он княгине; затем, обратясь к Миклакову и проговорив ему: "до свидания!" ушел к себе в кабинет.