- Какую же такую новость? - спросила его княгиня, вовсе не ожидая, чтобы это была какая-нибудь серьезная новость.
Барон медлил некоторое время ответом, как бы опасаясь несколько рассказывать то, что он слышал.
- Да говорят... - начал он, - что этот Николай, кажется, Гаврилыч Оглоблин, сей весьма глупый господин, женился на госпоже Жиглинской.
- Не может быть! - воскликнули обе дамы в один голос.
Князь, с своей стороны, перевел на барона свой беспокойный взгляд.
- Говорят-с! - отвечал барон, пожимая плечами. - В клубе один старичок, весьма почтенной наружности, во всеуслышание и с достоверностью рассказывал, что он сам был на обеде у отца Оглоблина, который тот давал для молодых и при этом он пояснил даже, что сначала отец был очень сердит на сына за этот брак, но что потом простил его...
- Странно что-то это! - произнесла Петицкая, вспыхнувшая даже вся в лице и, видимо, страшно опешенная этим известием.
- То, что Оглоблин женился на госпоже Жиглинской - это не удивительно: мужчины увлекаются в этом случае часто, - продолжал рассуждать барон, - но каким образом госпожа Жиглинская, девушка, как всем это известно, весьма умная, очень образованная, решилась связать свою судьбу навеки с подобным человеком?..
- Но правда ли это, нет ли тут какой-нибудь ошибки, не другая ли какая-нибудь это Жиглинская? - спросила княгиня, делая вместе с тем знак барону, чтобы он прекратил этот разговор: она очень хорошо заметила, что взгляд князя делался все более и более каким-то мутным и устрашенным; чуткое чувство женщины говорило ей, что муж до сих пор еще любил Елену и что ему тяжело было выслушать подобное известие.
Барон, с своей стороны, понял княгиню и поспешил успокоить несколько князя.