- А вы даже не хотите и спросить: кто это такой? - присовокупила Петицкая.
- Не хочу, потому что знаю, что такого человека нет.
- Нет, есть! - возразила Петицкая с ударением. - И это именно барон!
- Вот глупости! - проговорила, еще более покраснев, княгиня.
- Почему глупости?.. Почему? - спросила настойчиво Петицкая.
- Потому что... - отвечала княгиня (она очень конфузилась при этом ответе), - он, я думаю, даже сердит на меня...
- Вы хотите сказать, что за ваши старые к нему отношения? - перебила ее Петицкая, очень хорошо понявшая, что хочет сказать княгиня последними словами. - Но вот видите, он все это вам простил и даже поэтому еще более вас ценит; отказать ему вам, по-моему, не только что не умно, но даже неблагородно и нечестно!
Княгиня только взглядом ответила приятельнице на такой ее резкий приговор.
- Конечно, нечестно! - повторила та. - Вы вспомните: полтора года он за вами следит, как самый внимательный дядька... - что я говорю!.. - как самый заботливый отец! - воскликнула Петицкая, раскрасневшись даже в лице от одушевления. - Я не говорила вам, но он, во весь наш обратный путь из-за границы, на всех железных дорогах брал для нас билеты, отправлял все вещи наши, хлопотал с паспортами, наконец, какое участие он показал вам во время смерти вашего мужа! Княгиня, все это надобно поценить! Таких расположенных и искренно преданных нам людей мы не часто встречаем в жизни.
Княгиня слушала молча свою подругу и хотя в душе сознавала справедливость ее слов, но все-таки произнесла как бы несколько холодным тоном: