Бакланов так привык по этому случаю прилыгать, что даже и сам не замечал, когда делал это.
— Как же она в таком виде вышла за другого? — проговорила Казимира, уже вставая. Сердце ее не в состоянии было долее переносить эту муку.
— Вы читали, как она вышла, — отвечал Бакланов. — Но погодите, постойте! куда же вы? — прибавил он, беря Казимиру на руку.
Та отвернулась от него, как бы затем, чтоб он не видел ее лица.
— Посидите! — сказал он и посадил ее почти силой на диван.
— Нет! пустите, пустите! — проговорила вдруг Казимира и пошла: на глазах ее видны были слезы.
Бакланов посмотрел ей задумчиво вслед.
— Будь покойна, мое кроткое существо… я не погублю тебя! — произнес он тоном самоотвержения.
Но в самом деле Казимира просто не нравилась ему своей наружностью.