Стали подавать закуску, и вошла Биби. Она была, как заметно, в дурном расположении духа: ее сейчас только встревожила ходившая за ней и отчасти уже знакомая нам девица Иродиада.
Девка эта представляла собой довольно загадочное создание: лет до шестнадцати она, по мнению Биби, была ветреница и мерзавка, и дошла наконец до того, что имела дитя. Случаи эти, бывавшие, разумеется в Ковригине не часто, всегда имели несколько трагический характер.
Когда преступница не имела долее возможности скрывать свой грех, то обыкновенно выбиралась какая-нибудь из пожилых и более любимых госпожою девиц, чтобы доложить ей, и по этому случаю прямо, без зову, входила к ней.
— Что тебе? — спрашивала Биби несколько встревоженным голосом.
— Насчет Катерины пришла доложить-с, — отвечала протяжно пришедшая.
— Что такое? — спрашивала госпожа, уже бледнея.
— В тягости изволит быть, беремена-с.
Преступница, стоявшая в это время за дверьми, распахивала их и, ползя на коленях, стонала:
— Матушка, прости! государыня, помилуй!
— Прочь от меня, мерзавка!.. Видеть тебя не хочу! — восклицала Биби с ужасом и омерзением.