Александр остался один и продолжал сидеть у окна. Вдруг он услышал по дороге стук колес: сначала проехала одна телега с мужиками и женщинами, потом другая с мужиками и женщинами, наконец третья с одними женщинами, из которых сидевшая посредине была вся покрыта белым.
Сердце замерло у Бакланова.
Вскоре после того к нему возвратился Иона.
— Что это, свадьба уж проехала? — спросил он.
— Да, — отвечал Иона протяжно и с улыбкой.
— Что ж она? Скажите! — спросил с чувством Бакланов.
— Побрыкалась маленько! Ну, да я тоже сказал ей: «барин, говорю, тебя и хлебом и деньгами — ничем не оставит».
— Я готов дать все, что хотите!
— Дадут всего!.. Старуха сама того желает: «Я их дом, говорит, подниму».
— Скоты мы, подлецы, мерзавцы! — сказал Александр Ионе Мокеичу.