— Хорошо ли у меня здесь? — было первое слово Софи, когда они уселись с Александром в будуаре.
— Да! — отвечал тот, сияя весь радостью.
— Ах, Боже мой! Погоди, постой! — воскликнула вдруг Софи, закрываясь рукою.
У ней невольно потекли слезы.
— Ну вот и ничего, прошло!.. Иродиада, дай воды! — прибавила она, снова открывя свое прелестное лицо, хотя щечки ее еще дрожали.
Иродиада, с несколько лукавым видом, подала ей воду: она еще в Ковригине, когда Бакланов и Софи бывали там, догадывалась о чувствах, которые молодые люди питали друг к другу.
— Ну, так как же? — заговорила Софи.
— А так же!.. — отвечал ей Бакланов, смотря на нее с нежностью.
— Как же ты приехал сюда?
— А так!.. Как ты мне написала, что муж твой помер и другое прочее, так я сейчас к дяде Ливанову… знаешь, я думаю, его?