— Нравится он тебе? — прибавила Софи.
— Барин молод-с! — отвечала Иродиада.
Некоторое время между госпожой и служанкою продолжалось молчание.
— Александр решительно меня спасет… — проговорила Софи, как бы больше сама с собою.
Иродиада в это время убирала щетку, гребенку, помаду.
— Денег у вас, Софья Петровна, ничего нет! — проговорила она каким-то холодным голосом.
— Ну, заложи там что-нибудь! — отвечала Софи беспечно.
— Что, барыня, закладывать-то? Серебро уж все заложено, вещи тоже; не платье же нести, — отвечала Иродиада.
На лице Софи изобразилась тоска.
— У Эммануила Захарыча можно взять-с! — произнесла с некоторою расстановкой Иродиада.