И человек, идя негромко вперед, повел его на правую половину дома.
В совсем барской гостиной, с коврами, с лампами, с масляными картинами в золотых рамах, Бакланов увидел пожилую даму, просто, но изящно одетую, в кружевном чепце и в очках. Лицо ее напомнило ему добродушные физиономии ван-диковских женских портретов.
— Казимира сейчас выйдет. Присядьте, пожалуйста! — сказала ему старушка, показывая на кресло возле себя.
Она что-то такое, необыкновенно тонкое, шила. На столе, впрочем, около нее лежала книга, на корешке которой было написано: «Сказание Тирона, инока святогорского».
— Вы недавно ведь здесь? — продолжала старушка.
— Да, недавно-с.
— И успели уж с некоторыми господами поссориться?
— Да, — отвечал Бакланов с самодовольною усмешкой.
— И прекрасно!.. Значит, вы честный человек!
Старушка понюхала табаку и принялась снова за свое шитье.