— Он очень, кажется, честный человек! — говорила Евпраксия.
— Да, — подтвердила мать; потом, помолчав, прибавила: — Все вл власти Божией!
Разговор на некоторе время пресекся.
— И он наконец здесь лучше всех, кого я знаю, — прибавила дочь.
— Да, — подтвердила и мать опять.
Разговор снова прервался.
— Тебе отдам этот дом, а сама перетащусь опять в Москву, заговорила снова старуха.
— Зачем же!.. Это будет очень скучно мне, — возразила дочь, но совершенно как бы слегка.
— Нет! нет! — перебила ее старуха. — Матери в браке только помеха: ничего от нас добра не бывает.
— Не знаю, я этого еще не испытала, — сказала дочь с улыбкой.