«Там, должно быть, что-нибудь вакхическое, одуряющее!» мечтал герой мой, проезжая Елисейскими полями.
Целая масса огня горела на воротах Баль-Мабиля.
Бакланов вошел не без удовольствия.
Свет и газ пробегал по газонам, светился в самых цветах и горел в разнообразнейших, развешанных по деревьям шарах.
Бакланов пробрался к толпе, где танцовали.
Две девицы, очень некрасивые собой, наклоняясь под музыку, поднимали платья.
Бакланову сделалось жалко, зачем это они делали.
Перейдя на другую сторону, он увидел девицу получше, которая, совсем почти лежа на плече кавалера, танцовала; потом вдруг подняла ногу и задела при этом одного господина за нос, Он и вся стоявшая публика захохотали.
Бакланов наконец захотел поговорить с какою-нибудь из этих госпож.
— Mademoiselle! — обратился он к одной из них несовсем смело.