— А потом, если разлюбите его?..
— Если разлюблю его, так полюблю другого.
— А если он полюбит другую?
— Скатертью дорога, — отвечала Елена, пожимая плечами.
— Это ваши правила?
— Да, мои правила!.. Чтобы в этом случае ничего не было насильственного и принужденного!
— Правила хорошие-с! — подхватил Бакланов.
— Недурные! — сказала Елена и потом, как бы сообразив, прибавила: — конечно, если бы требовали того какие-нибудь политические цели…
— То есть? — спросил Бакланов.
— То есть, если бы требовало этого благо родины. Как, например, Юдифь, которая пришла, отдалась Олофрену и отрубила ему голову.