- В таком ли смысле части, - спросил я, - как вот части лица - рот, нос, глаза, уши или же как части золота, которые ничем не отличаются друг от друга и от целого, кроме как большею либо меньшею величиною?
- Кажется мне, Сократ, что в первом смысле как части лица относятся ко всему лицу.
- А имеют ли люди эти части добродетели - один одну, другой другую, или же тот, кто обладает одной, непременно имеет и все?
- Никоим образом, - сказал Протагор, - потому что ведь многие бывают мужественны, а между тем они несправедливы, и опять-таки другие справедливы, но не мудры.
- Так, значит, - сказал я, - и мудрость, и мужество - это части добродетели?
- Совершенно несомненно, - ответил он, - притом мудрость - величайшая из частей.
- И каждая из них есть нечто особое?
- Да
- И назначение каждая из них имеет свое собственное, как и части лица? Ведь глаза не то, что уши, я назначение у них не то же самое; и из остальных частей ни одна не похожа на другую ни по своему назначению, ни по всему остальному; не так же ли разнятся и" части добродетели - как сами себе, так и по своему назначению? Разве не ясно, что это так, если действительно они сходны с тем, что мы привели в пример?
- Да, это так, Сократ, - согласился Протагор. А я на это: