Жюссье оглянулся. Сзади него стоял невысокого роста молодой человек, по одежде — иностранец.
— Вы — Линней! — воскликнул он.
— Именно, — ответил с поклоном тот.
Вот это была — встреча, это была — рекомендация!
У Жюссье был брат — тоже ботаник. Они оба очень сдружились с Линнеем, и он не остался неблагодарным. Он назвал в честь Жюссье род растений, посвятил им несколько книг. Но остальные французы были холодноваты. Правда, они были очень любезны, правда, с их уст не сходило «знаменитый», «мэтр» и прочие громкие слова, правда, Линнея тотчас же избрали членом-корреспондентом Академии, но…
— Это какой-то анархист, — шептали друг другу на ухо ученые. — Вся его заслуга в том, что он старается изо всех сил запутать ботанику. Новую систему выдумал, словно старые так уж плохи.
— Это он по молодости!
— Ах, мосье Линней… — рассыпались они перед ним через минуту.
3
И вот настал великий день. Знаменитый ботаник, «князь ботаников», как его прозвали за границей, прибыл на родину. Как его встретили? Никак.