Ударяясь о толстую кожу слоненка, плоды лопались, и переспевшая мякоть растекалась грязной пеной. При каждом ударе слоненок взмахивал хвостом, хлопал ушами, но быстро успокаивался и принимался жевать.
Тинг выполз из-за дерева. Теплый мягкий комок растекся по его лицу.
Слоненок, смешно топоча, побежал по опушке. Тинг вытер лицо.
На дереве кто-то не то хрипло залаял, не то засмеялся. Меж листьев неясно мелькнула темная фигура, волосатая рука охватила толстую ветвь.
Рука взмахнула, возле головы Тинга брызгами разлетелся манго.
— Ху-ху-ху! — захрипело среди ветвей.
Тинг спрятался за стволом.
— Ху-ху-ху! — раздавалось всякий раз, как брошенный манго растекался по коре.
Тингу было все равно, злится или играет с ним эта скрывающаяся среди листьев обезьяна. Он встал и прижался к толстому стволу рядом с большой орхидеей. Грозди белых цветов качались у его глаз, мошки щекотали нос, а пчелы жужжали у самого уха. Сквозь сетку цветов он смотрел на дерево. Там среди ветвей что-то темнело.
Манго попал в орхидею. Грозди цветов хлестнули Тинга по щеке, пчела запуталась в волосах.