Он дергал спуск, но револьвер не стрелял.
Вскрикнув от злости, Тинг ударил пантеру рукояткой револьвера по голове…
Пантера чуть скребла лапами, питек лежал неподвижно. Его живот был изодран, и обрывки кишок смешивались с клочьями кожи. Лохмотья кожи висели на груди и плечах, кусок ребра белел на дне глубокой раны. Поперек шеи зияла рана, обнажившая гортань.
«Умер!»
Тинг выпрямился и оглянулся. Луговина была пуста. И вдруг он вспомнил: «Река… Раскопки… Дюбуа…»
Он здесь — полный череп питека! Больше — вся голова. Весь питек!
Тинг присел, возле питека и погладил его по голове. Он не думал о том, как унесет питека, что будет с ним делать. Сидел возле него, гладил его по голове и радовался: «У меня есть питек». Радовался трупу того, кого минуту назад бросился спасать.
Сердце остановилось: над головой раздался рев. Тинг поднял голову и увидел оскаленные зубы питеков.
— Это мое! — закричал он, падая на питека и прижимая его голову к своей груди.
Запах падали душил его, но он не выпускал из рук головы.