И падал по плечам златистый шелк кудрей.

Огнем любви святой был взор ее согрет,

И разливал на всё он теплоту и свет.

Благоговенья полн, лежал недвижим я

И ждал священных слов, дыханье притая.

Но вот она ко мне склонилась и рукой

Коснулася слегка груди моей больной.

И наконец уста разверзлися ее,

И вот что услыхал тогда я от нее:

"Страданьем. и томской твоя томится грудь,