Папенька крепко поцеловал меня и прослезился от радости. Старик был очень счастлив в эту минуту; я тоже была счастлива.
Любила ли я моего жениха, люблю ли я его — я не буду… я не могу отвечать на это, потому что и сама не знаю… Знаю только, что я уважаю этого доброго, благородного человека, что он всегда будет иметь во мне друга, что если даже я не люблю его еще, то полюблю… постараюсь любить…
Через две недели наша свадьба.
Вот моя история. Она, может быть, наскучила вам; но я хотела, чтоб вы знали мое положение. Видеться с вами мне невозможно; не требуйте от меня этого…
— Боже мой! да как же этоe Неужели мы решительно нигде не должны встретиться, Вера Николаевнаe.. О! Зачем я вас не встретил раньшеe.. Но, впрочем, к чему бы это повелоe.. И тогда ваш теперешний жених имел бы надо мной преимущество… Он богат и мог оказать вам не одну услугу; а я… кроме участия, кроме любви, у меня ничего бы не было… Так вы решились выйти за него, не любя его, решились выйти из благодарности…
— Нет, не из одной благодарности. Правда, я не чувствую к нему страсти, но он и не требует ее… Я буду уважать его… любить как друга, как брата…
— Но этого мало для счастья целой жизни. Время придет… и если вы до сих пор не любили, то должны будете кого-нибудь полюбить, и тогда-то увидите, как неосторожно поступили.
— Я подавлю, затаю в себе эту любовь, и никто не узнает о ней. Что же делать, если такова моя участьe.. Но не предвещайте мне этого; может быть, моя дружеская привязанность к жениху разрастется до страсти…
— Едва ли это бывает так.
— Но что же делатьe Я дала слово… и не могу изменить ему.