Не веря тому, что он слышит, он поднял глаза на Горнова.
— Чрезвычайная комиссия приняла какое-то решение? — спросил он.
— Не позднее завтрашнего дня мы взорвем и растопим льды. Немедленно распорядись пропилить во льду проруби для спуска подводных катеров серии ИС.
— Какая команда должна быть на катерах? — спросил Уваров. Казалось, он или не понял или не верил тому, что слышит.
— Катера мы спустим под лед без команд, — сказал Горнов. — На них будут только микропушки моей первой конструкции и койперит, они справятся со льдами в несколько минут. Распорядись, чтобы комендант очистил весь город от людей. Все поезда, грузовой транспорт, все, что на колесах, отведи в глубь полуострова. В районе бухты, на набережных и в городе не должно оставаться ни одного человека. Операцией буду руководить я. Все.
Горнов прошел к жившему в том же доме полковнику государственной безопасности.
— Завтра в 14.30 я вылетаю в Полярный порт. Со мной летят четыре ассистента. Примите меры к тому, чтобы наш вылет остался в тайне.
И Горнов рассказал, как сложились обстоятельства и что решено предпринять для спасения людей.
Полковник задумался. Важность предстоящего полета ему была ясна. От сохранения тайны и тщательной организации охраны зависел во многом исход операции. Иностранная контрразведка, усилив свою работу в последнее время, задумывала диверсионные акты, чтобы затормозить всеми мерами великое строительство Советского Союза.
— Ваш вылет предполагался 29 сентября, — сказал полковник. — Сделаем вид, что ничего не изменилось. Сейчас я отправлю майора Воронина в ангар. Это спортсмен, альпинист. Человек исключительной храбрости, находчивости и выдержки. Он выберет многоместный самолет и скажет, чтоб его подготовили к двадцать девятому. Сам возьмет небольшую нашу сверхскоростную машину «Арктика», как бы для своего полета в Москву, и приведет ее сюда за час до вылета. Вы успеете погрузиться?