Горнов прислушался к тому, что говорил Лурье.
«Все это верно, — подумал он, — и пока мы не овладеем воздушным океаном, стихии всегда будут наносить нам удары».
В клубе мелиораторов
Над пустыней мчались тучи раскаленного песка и пыли, а здесь, в центре оазиса, было свежо и прохладно. Ветер и песок проносились высоко над вершинами деревьев. Пущенные в действие дождевые завесы охлаждали и увлажняли горячий воздух, врывающийся в оазис.
О том, что творилось в пустыне, можно было судить по виду людей, приходящих в клуб мелиораторов. Их обожженные лица, растрескавшиеся до крови губы, воспаленные глаза, хриплые голоса и покрытая мелкой красной пылью одежда, — говорили о том, что нелегко дался им этот день борьбы с разбушевавшейся стихией.
Все прибывающие, не задерживаясь, шли в душевую и освеженные выходили на террасу.
Там шел оживленный разговор.
Говорили о Шестой Комсомольской шахте.
Строительство этого огромного подземного водосбора подходило к концу. Под землей, на глубине пять тысяч метров, уже разлились водоемы, общая площадь которых была равна ста восьмидесяти квадратным километрам. Был закончен монтаж охладительных систем. Дело было только за установкой атомных насосов большой мощности. По подсчетам Измаила Ахуна Бекмулатова, вскрытые подземные водотоки должны были дать количество воды, не меньше того, что дает реконструированная Аму-Дарья.
Многие водосборы в глубине шахты были уже переполнены, и до установки насосов пришлось временно заделать целый ряд штреков.