Шли дни. Тревога и безделье угнетали всех, особенно молодежь. Все с завистью, с обидой читали радиограммы о победах на всех фронтах строительства.
Информации говорили о том, что заканчивается постройка Центрального влагопровода, что в зонах ливней подготовлено все для приема воды.
Телевизор передавал картины строительства: высокие дамбы и плотины, протянувшиеся вдоль рек, подготовку дна озер в пустынях.
Тишина, царившая кругом поста, становилась еще невыносимей.
Так прошла первая половина марта. 911-й пост был как бы выкинут из жизни.
Надежд на возобновление работ не было. Казалось, нет такой силы, которая смогла бы поднять навалившееся на землю тяжелое, молочно-серое море.
Вера Александровна еще раз попробовала сходить на тучегон, но уже в сопровождении монтажников.
Держась за протянутые шнуры, они двигались в густом тумане. Впереди темнела уходящая ввысь стена машины-гиганта. Из тумана слышались окрики часовых.
Не видя ничего перед собой. Вера Александровна ощупью взбиралась на балконы, окружавшие тучегон. Осветив фонарем ближайшую установку, она попыталась разглядеть показания приборов.
— Нет, — сказала она, спустившись вниз. — Пока стоит туман, невозможны никакие работы.