Небольшая бронированная будка, где находился пульт управления, была вдвинута в глубь двора, в тень других зданий. Здесь всегда стоял часовой. Пульт управления был мозгом тучегона. Связанный с сотней метеорологических близких и далеких станций, он координировал их работу, улавливая малейшие изменения в атмосфере. При вводе тучегона в эксплоатацию пульта управления предстояло приводить в движение мощные механизмы машин-гигантов.
«Что там?» — с тревогой думала Вера Александровна, напрягая все силы, чтобы ускорить свой бег на лыжах. Вьюга уже намела кучи снега. Лыжи то и дело проваливались в сугробах. Она мчалась навстречу ветру, не замечая, что меховая куртка ее распахнута и колючие иглы снега бьют в разгоряченное лицо. В ее ушах стоял неумолкающий звон сигнала: «Скорее, скорее!» сверлило в мозгу.
Еще не приблизившись вплотную к будке, она заметила на снегу неподвижно лежащего человека.
Это был часовой. Узнав ее, он приподнялся на локоть и, с усилием выговаривая каждое слово, произнес хрипло:
— Там… осторожнее… бомба замедленного действия.
Не слушая больше, Горнова бросилась в будку. Ей достаточно было одного взгляда при входе в пульт управления, чтобы различить среди знакомых ей приборов, аппаратов и механизмов, предмет ей неизвестный, стоявший на полу под щитом управления.
«Она», — без колебания подумала Горнова и, схватив, бросилась вон, не задерживаясь уже ни секунды.
«Только бы не здесь, только бы успеть отнести подальше», — беспорядочно проносилось в ее мозгу.
Она была теперь без лыж, проваливалась в сугробах, падала, вскакивала и вновь бежала.
Где-то в стороне прогрохотало несколько выстрелов.