Мощная машина успешно боролась с ураганом.
Горнов сидел за штурвалом в скафандре, в шлеме и отдавал команду в микрофон.
В кабинах, увешанных барометрами, гидрометрами, барографами и другими приборами, шла работа. Электрики и гидрометеорологи следили за их показаниями.
Альтиметр перешел за семь тысяч метров, самолет внезапно рванулся вперед и выскочил из среды огромного сопротивления… Темнота рассеялась, вверху было чистое лилово-синее небо. Освещаемые сверху солнечными лучами, тучи неслись подобно бурному потоку, Грохот электрических разрядов глухо доносился через четырехкилометровый слой воды и града.
Сводка, передаваемая с центральной дождемерной станции, показывала 110 миллионов кубометров. Для выполнения плана нужно было еще триста миллионов кубометров. Налетевший циклон мчал тучи с огромной скоростью.
Передав штурвал пилоту и склонившись над картой и таблицами, Виктор Николаевич быстро составил план действия: определить оставшиеся в тучах запасы влаги, устранить восходящие токи, там, где они задерживали падение дождевых капель, усилить конденсацию в южном секторе.
— Включить тучегон Дор-Ньер, — отдал он команду.
И снова голубая птица врезалась в грозовые тучи. Снова начали носиться огненные сполохи, летающие шары и стрелы. Трепетали крепкие тросы, захлебывались и замирали трубчатые пропеллеры, молнии слепили глаза.
В западном секторе, ближе к Дор-Ньеру, происходило что-то неописуемое. Ворвавшийся в район треугольника, циклон столкнулся с восходящими потоками воздуха, извергаемыми пущенным в действие тучегоном, Ураган метался из стороны в сторону. Самолет Горнова, с задраенными наглухо иллюминаторами, сверну с крылья, отдался воле воздушных круговоротов. Горнов старался разобраться во всем, что происходило кругом.
Огромные груды облаков, громоздясь друг на друга, метались по небу. Это значительно задерживало продвижение грозы на запад.