Она снимет с души его тяжесть, которая давит его. Может быть, она и примирит его с отцом.
Вечером, когда спала жара, Виктор Николаевич вышел из дома.
Невдалеке, среди голого каменного плато, высилось огромным массивом серое здание лаборатории.
В гладких стенах этой металлической громады не было видно ни дверей, ни окон. Мрачность самого здания и местности вокруг него усиливалась окружавшими лабораторию черными колоннами с нарисованными белыми черепами.
Когда ночь поднималась из глубоких трещин каменного плато, когда черная тьма вбирала в себя силуэты далеких горных хребтов Порет-Дага, дом института Академии наук оставался наедине с этим угрюмым серым зданием. Тогда просыпались таинственные звуки ночи. Легкий, едва слышный шелест песка, потрескивание раскаленного за день камня, беззвучный полет мышей.
А на черных колоннах холодным фосфорическим огнем загорались черепа и грозные предупреждающие слова: «Не подходи! Смертельно!»
В тишине ночи слышалось тихое жужжание невидимого электромагнитного кольца, которое опоясывало пространство вокруг здания.
Черные столбы с черепами и грозными надписями и это несмолкаемое жужжание говорили о том, что кусок уплотненной материи, замурованный в стенах серого здания, лежит под надежной охраной.
Открытие Горновым нового радиоактивного элемента-койперита в последнее время было в центре внимания ученого и технического мира.
К радиоактивным элементам — торию, урану, еще недавно стоявшим наверху Менделеевской таблицы, было присоединено более трехсот искусственных элементов — нептуний, плутоний, драконий, андромадий, эриданий и другие, с атомным весом в 100–115 и более. В той или другой лаборатории Советского Союза и за рубежом то и дело открывались новые элементы. Многие из них стали исходными материалами для получения ядерного горючего.