Это было пять лет тому назад. Горнов летел впервые испытывать койперит и сконструированную им микропушку — аппарат для выбрасывания микроскопических частей койперита.
Геликоптер, на котором летели Горнов и два его ассистента, спускался над болотом. Внизу сквозь туман раннего утра показались тусклые огни. На острове, протянувшемся тонкой полоской среди зыбкой трясины, заканчивалось оборудование передового пункта наблюдений. Инженеры, прилетевшие ранее, устанавливали защитные башни, автоматические приборы управления, аппараты, фиксирующие все явления в районе испытания.
Едкий, пряный запах багульника и гниющих болотных трав, стоял над мутной ржавой жижей. Поднимающиеся из глубины пузыри газа медленно вылезали из вязкой трясины, лопались и растекались масляными зелено-коричневыми пятнами. Казалось, вся трясина заселена какими-то отвратительными слизняками, и они отпыхиваются едким, раздражающим горло газом.
Болото дымилось. Туман медленно таял в лучах утреннего солнца. Кое-где виднелись коряжистые, карликовые сосенки и кустарники мелколистой березы. А там, где кончалось болото, в предутренней мгле едва синела полоска далекого леса. У опушки этого леса, в тридцати километрах от места испытания микропушки, была вторая линия наблюдений. Там собирались академики, инженеры и члены правительственной комиссии.
Горнов отпустил самолет. Молча пожал он ассистентам руки, и все трое разошлись по наблюдательным защитным будкам.
Горнов чувствовал страшное напряжение во всем теле. Мысли остановились и само сердце как будто перестало биться. Стрелка хронометра подходила к условленной черте. Он повернул рычаг автоматического управления и замер.
Двенадцать секунд!
Двенадцать секунд абсолютной тишины.
Он знал, что микропушка уже начала выбрасывать мельчайшие частицы койперита, и эти частицы летят сейчас над трясиной почти со скоростью света. Через двенадцать секунд где-то там, далеко от острова, начнется расщепление ядер — превращение вещества в энергию.
Забыв обо всем, Горнов впился в окуляр дальнозорной трубы. Какими долгими показались ему эти двенадцать секунд!