Около православных церквей возникают братства, преследующие благотворительные и просветительные цели и превратившаяся в опорные пункты для борьбы за православие с конца 16-го века, когда в Польше начинают господствовать иезуиты и водворяется крайняя религиозная нетерпимость. Крестьянство во всех польских и литовских землях находилось в польском порабощении у помещиков, и тяжесть этого рабства, конечно, была еще чувствительнее там, где помещика отделяла от его крестьян разница религиозного вероисповедания. Торговля считалась делом не подходящим для дворянства, и потому торговые и ремесленные люди, мещане (мещанин слово польское, означающее горожанина), были также в загоне. В восточно-малорусских землях против панов-помещиков поднималось казачество, в Галиции все обстояло сравнительно тихо, и здесь защитниками национально-русской жизни сделались мещанские братства, связанные с различными церквями.
Печать Юрия Львовича († 1308), употреблявшаяся Юрием Болеславом († 1340). Надпись по латыни: s. domini georgi ducis ladimeriae, т. е. печать государя Георгия, князя владимирского.
Церковная связь Галиции с Русью Московской была разрушена учреждением особой церкви для Галиции, но все же это была церковь православная с теми же богослужебными книгами, что и в Москве. В западной России, находившейся под властью Польши, возникает в конце 16-го века и печатание православных книг. Первые московские первопечатники уходят к Ходкевичу в Заблудов, а оттуда во Львов, где они нашли некоторую поддержку в братстве. Между тем положение православия в западной Руси, а особенно во Львове, становилось тяжелым, так как наступление эпохи религиозной католической реакции в Польше ознаменовалось для православного населения преследованиями и церкви его, и всего жизненного уклада. Так, польское духовенство стремилось ввести здесь католическое времяисчисление, а русское православное население упорно отстаивало свой календарь. В виду такой необходимости упорной борьбы братства объединяются, вырабатывают новый устав, откидывают все, что не относится к их религиозной и просветительной деятельности. Львовское братство идет в этом отношении во главе других западно-русских, и основанная им школа подготовляет выдающихся борцов за православие.
Деятельность братств встречала сильную помеху в праве верховной польской власти назначать высшую православную иерархию. Между епископами, назначаемыми королем, и братствами стали все чаще происходить столкновения на почве стремлений братств контролировать и направлять деятельность епископов. Не в интересах королей, уже горячо примкнувших к католичеству после колебаний Сигизмунда Августа в половине 16-го века, было назначать лучших людей на высокие посты в православной церкви. А потому мысль о компромиссе с католическим духовенством стала распространяться не только в среде католической, но и между видными представителями еще уцелевшего кое-где православного дворянства и, наконец, среди высших православных иерархов, томившихся своим второстепенным положением в Речи Посполитой и завидовавших окруженным почетом католическим епископам. В 1595 г. галицкие и волынские архиереи приняли унию с католической церковью и признали верховное господство папы. Правда, затем часть их отреклась от унии, но было уже поздно: польский король Сигизмунд III, фанатически преданный иезуитам, считал унию делом оконченными В борьбе, вспыхнувшей на этой почве и продолжавшейся несколько десятилетий, унии удалось сделать много завоеваний. Казаки отстояли православие в Киевской земле, но в Холмщине, в белорусских землях, в Галиции некому было отстаивать православную церковь, и здесь уния восторжествовала. Центром религиозной борьбы в западной Руси становился Киев, вскоре вступивший в оживленные сношения с Москвой. Общее дело православия и борьбы с Польшей объединило Малороссию с Московским царством и привело к их политическому союзу в 1654 г.
Пробует восстать во имя своей национальной жизни и западная Русь, Галиция, Волынь и Подолия, но здесь движение оказалось слишком слабо и, неподдержанное Богданом Хмельницким, замерло. А с политическим разобщением между западной и восточной Малороссией пришел конец и энергичной деятельности братства. Мещанство в польских городах, вообще, беднеет, падает, теряет всякое культурное и политическое значение. Православное львовское мещанство подвергается общей участи, и под конец 17-го века уния почти уже не встречает здесь противников. В 1700 г. львовский епископ Иосиф Шумлянский открыто провозглашает введение ее в своей епархию. Духовенство приняло ее, как совершившийся факт. Львовское братство пробовало было оказать сопротивление, но мерами насилия его упорство было сломлено. Немного ранее уния была введена в Перемышльской епархии, а в 1711 г. на Волыни. К половине 18-го века присоединение православного населения Галиции и западной Малороссии к унии было уже закончено. Умственная жизнь в Галиции замерла.
Печать польского князя Владислава опольского, последнего галицкого князя. Надпись по латыни: Владислав Божьей милостью Опольской, Велюнской и Русской земли наследственный владетель. Владислав правил с 1372 по 1378 г. — под верховной властью венгерского короля. Затем король польский Людовик († 1382) назначил венгерских наместников и ввел венгерское войско. С 1387 года Галиция перешла окончательно к Польше.
Медаль, выбитая папой в память присоединена (yнии) в 1595 г. епископов Зарубежной Руси (епископы перед папой).