Кроме внешней помощи нужно было застраховаться и дома, приобрести благорасположение знатнейших бояр: Игорь призвал к себе Улеба тысяцкого, Ивана Войтишича, Лазаря саковского, и старался заверить их, что у него им будет так же хорошо, как и у брата.
Бояре обещали, но они-то первые и изменили ему; они-то, приняв честь великую и от Всеволода, и от Игоря, совместно с киевлянами предали нового князя, вынуждая его выступить навстречу Изяславу Мстиславичу, а того торопили к себе, говоря: «Скорее, Давыдовичи идут с помощью. Лишь только ты покажешься, мы бросим стяг и побежим с полком в Киев».
Изяслав приблизился, наконец, к Киеву, и стал перед валом, где есть Надово озеро у Шелвова борка. Множество киевлян стояло отдельно у Ольговой могилы. Игорь с братом и племянником готовился к битве. Он отослал князей и бояр по их полкам, сказав: «Суди нас Бог». Улеб и Иван, приехав в свои полки, бросили стяги и повернули к Жидовским воротам. Киевляне прислали к Изяславу взять к себе его тысяцкого со стягом; берендеи переправились через Лыбедь и захватили Игоревы товары около Золотых ворот. Несчастный Игорь увидел измену, но решил испытать счастья и пошел со своими на Изяслава, который стоял за озером; понадобилось обойти его и подняться к верху, другие полки двигались от Сухой Лыбеди: произошла сумятица; берендеи очутились сзади и начали сечи. Изяслав ворвался сбоку и разделил братьев, которые должны были искать спасения в бегстве через Дорогожицкие болота. Игорь отстал от других, забрав один далеко в сторону. Конь его увяз, и никто не знал, что с ним случилось. Брат его Святослав бежал к устью Десны, за Днепр; племянник Святослав Всеволодович прибежал в монастырь Св. Ирины, где и был захвачен; за воинами победители гнались до Вышгорода, до устья Десны и до перевоза Киевского, «и многим падение бысть».
Изяслав со славой и честью великой вступил в Киев. Множество народа вышло к нему навстречу, игумены с монахами, попы со всего города в ризах. Он поклонился Божией Матери у святой Софии и сел на столе отца своего и деда.
Многие бояре Игоря и Всеволода были захвачены, Данило великий, Гюргий Прокопович, Ивор Гюргевич, внук Мирослава, и отпущены за выкуп. Дома дружины, села, стада разграблены. Много добра в домах и монастырях похищено киевлянами.
Святослава Всеволодовича Изяслав оставил при себе, сказав: «Свой ми есть сестричич», — и дал ему пять городов: Бужск, Межибожье, Котельницу и проч.
Игорь найден был уже через три дня в болотах и приведен к Изяславу, который, заковав, велел отослать его в Переяславль и посадить в темницу в монастыре Св. Иоанна.
О дяде Вячеславе, который искал будто Киева, Изяслав забыл, но тот помнил свое старшинство и если не надеялся оспорить Киева, то хотел возвратить себе, по крайней мере, города, отнятые у него Всеволодом, и, осмелев, занял даже Владимир, куда посадил племянника малолетнего, Андреевича. Изяслав не думал, однако же, допустить такое самоуправство: он послал сына Мстислава и племянника Святослава отнять у него даже Туров и посадить там брата Ярослава, что и было исполнено.
Давыдовичи, враждебные Ольговичам, предложили ему свой союз, с тем, чтобы он помог им покорить себе Северское княжество.
Изяслав приходил к ним на сейм и дал им сына Мстислава с переяславцами и берендеями: «Идите на Святослава, если не выйдет перед вами, станьте около и дожидайтесь меня. Я приду вам на смену и осажу его, а вы возвратитесь домой отдыхать».