«Кланяюсь тебе, отвечал Ростислав, ты меня старше. Как ты решишь, так и будет, я готов на все; если же ты на меня месть возлагаешь, то я, брат, сказал бы вот что: Русских земель ради, христиан ради, мир для меня лучше! Они вставали на рать, а что успели! Помирись, брат, лишь бы они отложили вражду за Игоря и не делали того, что думали делать; если же продолжать им вражду за Игоря, то лучше оставаться с ними в рати, и пусть рассудит нас Бог».
Изяслав, услышав такой ответ, послал к Чернигову белгородского епископа Феодора и печерского игумена Феодосия с мужами, которые должны были сказать князьям его слова: «Вы целовали мне крест не искать брата Игоря, и переступили то, и разобидели меня; ныне я все то забываю Русской земли ради и христиан ради. Если вы каетеся о том, что учинить хотели, и мира у меня просите, то целуйте мне крест».
И князья целовали крест в святом Спасе вражду за Игоря отложить, блюсти Русскую землю и стоять всем за каждого.
Положение Изяслава становилось лучше. Пришел к нему еще и помощник с вражеской стороны: старший сын Юрия. Ростислав, поссорившись с отцом и поклонясь Изяславу, сказал ему: «Отец меня обидел и не дал мне волости в Суздальской земле; я пришел к тебе — ты старше всех в Владимировых внуках; я хочу потрудиться за Русскую землю и ездить подле тебя. Бог и ты!»
Изяслав отвечал: «Всех нас старше отец твой, но не умеет жить с нами в ладу, а мне дан Бог иметь вас всех братьев моих, и весь род мой, в правду, как и душу свою. Отец не дает тебе волости, а я тебе даю», — и дал ему Бужск, Межибожье, Котельницу и еще два города.
Изяслав был очень доволен, приобретя себе столько союзников, и решился смирить последнего оставшегося врага — Юрия.
Он взял с собой Ростислава на сейм в Городец, где объявил Давыдовичам, что хочет идти на Юрия за его обиды к Новгороду. «Стрый мой Юрий обижает из Ростова мой Новгород: отнимает дани и пакостит по дорогам. Я хочу идти на него и решить дело либо миром, либо мечом. Вы целовали мне крест — пойдемте же вместе. А отчего не пришли сюда Святослав и сестричич мой?»
Давыдовичи отвечали: «Сестричич твой и Святослав не приехали, а мы крест целовали на том быть с тобою, где будет твоя обида».
Решено было подняться к Ростову, лишь станет лед: Давыдовичам и Ольговичам (хотя они не приезжали на сейм) через вятичей, а киевскому князю через Смоленск: соединиться же всем на Волге.
Князья отобедали у Изяслава, пребывая в любви и веселии, и разъехались. Ростислав смоленский просил дочери у Святослава Ольговича за старшего сына Романа, который и приведен был из Новгорода через неделю (9 янв. 1119 г.).