Еще известен ростовский проповедник Авраамий, живший во время Мономаха, который сокрушил тростью каменный идол Велеса. Житие его говорит, что он в юности, «ревнуя о жизни духовной», оставил дом, родителей, принял иночество и поселился у озера Неро, в хижине, им поставленной. Здесь скорбевший об идолослужении, которое продолжалось в Чудском конце Ростова, имел он видение, ободрившее его совершить свой подвиг. На месте сокрушенного идола он основал Богоявленский монастырь, доныне существующий.
Есть известие, что несколько жителей ростовских, не хотевших принять христианство, выселились куда-то на берег Волги.
Обращение вятичей, соседних с Курской областью, в нынешней Орловской губернии должно относить к первой трети XII столетия. Нестор, описав языческие обряды древних русских славян, прибавляет: «се же творят Вятичи ныне», т. е. в начале XI и начале ХII столетия. У вятичей проповедовал Св. Кукша. Св. Симон в послании к Поликарпу говорит, что он вызвал дождь, иссушил озеро и сотворил много чудес. Он был усечен язычниками и в муках скончался с учеником своим Никоном, что в Киевских пещерах прозрел Св. Пимен постник, который, став среди церкви, возгласил, по Печерскому сказанию: «Брат наш Кукша предается смерти», — и с этими словами скончался сам.
Муром обязан своим просвещением преимущественно ревности первого после Глеба своего князя Константина, который, идя сюда на княжение, прислал сначала сына Михаила — он был убит. Константин взял город и поставил церковь Св. Благовещения. Там похоронил он своего убитого сына Михаила с христианскими обрядами. «Невернии же люди, сказано в житии, весьма подновленном, видяще сия, дивляхуся, еже не по их обычаю творимо бе погребение, яко погребаему сыну самодержцеву в зник т восток лицем, могилы верх холмом не сыпаху, но равно с землею, ни тризнища, ни дани (по др. сп. дымы), ни битвы, ни кожекроения, ни лицедрания, ни плача безмернаго, не творяху. И о том безумнии ругающеся и смеющеся вопрошаху христианы: что не по их обычаю погребение?»
После описания действий князя на пользу христианства, житие сообщает любопытные сведения о современных языческих суевериях в Муроме: «Где рекам и озерам требы кладущии? Где дуплинам древяным ветви убрусцами обвешающии и сим поклоняющиися? Где кладезем и поникам поклоняющиися, очныя ради немощи умывающеися, и сребреницы в ня поверзающеи? Где кони закаляющеи по мертвых, и ременная плетения древолозная с ними в землю покоповающеи, и битвы, и кроения, и лиц настрекания, и драния творящеи? Где сверилия и горкая согрешения восклицающеи?.. Идеже бо в Муромстей стране пройдеши, нигде не услышишь проклятых многобожных имен, ни Перуна, ни Ждабога, ни Мокоша, им же погании требы творяху».[6]
Жители упорствовали и умышляли против своего князя. Однажды толпы собрались с дубинами перед его жилищем. Князь со своей семьей, — говорит житие, — с духовными и несколькими из добрых слуг стал на молитву. Затем один явился, с иконою Богоматери на руках, к волновавшейся толпе. Бунтовщики были поражены ужасом и вместо угроз выражали мольбу просветить их Св. крещением. Обрадованный князь воздал благодарение Господу и Пречистой Матери, назначил день, когда все непросвещенные должны явиться на реку Оку. «Священницы мазаху их хризмою чело, очи, уста, ноздри, уши. И надеша на ня венцы червленые на главы их обязаша; на них же крест, и белы ризы, и ногавицы, и сапоги, и даша всем свещи горящи в руце, и повелеша ити в церковь».
К 1147 году принадлежит обращение Вологды Св. Герасимом, пришельцем из Киева. Он основал обитель у ручья Кайсарова, приобретя землю у одного купца, род которого (Пятышевых) пресекся только в наше время.
На берега Северной Двины принесли святое учение новгородцы, где уже в XII столетии имели свои монастыри.
В 1174 году некоторые из них поселились на Вятке и принесли туда христианство.
К карелам (в южной Финляндии) Ярослав Всеволодович отправил в 1227 году священников.