Кроме праздников, явившихся по случаю перенесения или открытия Св. мощей в нашем отечестве, установлен тогда у нас праздник 9 мая, в память перенесения Св. мощей святителя Николая из Мир Ликийских в город Бар. Древние наши летописи совершенно молчат об этом событии; позднейшие говорят только о перенесении мощей, не упоминая об установлении праздника. Но сохранилось слово на перенесение мощей святителя Николая, сказанное у нас одним из современников событий и свидетельствующее, что к концу XI или в начале XII века, праздник этот уже существовал в Русской церкви, как действительно он и означен в месяцеслове при Евангелии 1144 года.
Почему в нашей церкви был он установлен, — главными побуждениями могли быть: а) глубокое уважение к святителю Николаю, издавна господствовавшее на всем Востоке и из Греции перешедшее в Россию; б) еще более — весть о многочисленных чудесах, какими сопровождалось перенесение мощей в Апулийский город Бар, где еще жили христиане православного исповедания, подведомые цареградскому патриарху, хотя находились уже и латиняне; в) наконец, то важное обстоятельство, что, во время самого перенесения мощей святителя Николая, он и в Киеве совершил разные чудеса, и, между прочим, чудо над утопшим в Днепре младенцем, ставшее известным митрополиту и поразившее всех жителей. Первосвятители наши еще прежде установили своей властью несколько местных праздников в России, не существовавших на Востоке: так точно могли установить и настоящий, хотя в Греции он не был. Пр. Филарет приписывает установление праздника митрополиту Ефрему, около 1092 г.
После церковных уставов Владимира и Ярослава, руководством служили в продолжение этого периода следующие, частные установления, возникавшие вследствие вопросов.
Церковное правило митрополита Иоанна к Иакову черноризцу, в ответ на его вопросы: 1) о делах веры, священнодействии и церковной святыне; 2) иерархии и вообще духовенства; 3) о делах брачных, семейных и домашних; 4) об отношениях православных к латинянам, евреям и язычникам.
Ответы новгородского епископа Нифонта (ум. 1156) и других духовных лиц на вопросы доместика Кирика, преимущественно о богослужении.
В записках Кирика три части: в первой, самой обширной, содержатся вопросы его и ответы на них преимущественно Нифонта, епископа новгородского, и отчасти какого-то Клима, вероятно, Климента Смолятича, тогдашнего митрополита киевского, игумена Аркадия, бывшего преемником Нифонта на епископской кафедре, игуменьи неизвестного монастыря Марины и какого-то епископского чернца Луки-Евдокима.
Во второй части помещены ответы неизвестного епископа Саввы в 24 главах или правилах.
В третьей — ответы новгородского владыки Илии, преемника Аркадия, в 28 правилах.
Предлагая свои вопросы современным пастырям, Кирик несколько раз приводит правила и древних Св. Отцов, вошедшие в состав Кормчей, именно: Тимофея Александрийского, Св. Василия Великого и Св. Иоанна Постника, и тем показывает, что Кормчая книга тогда у нас употреблялась; ссылается также на правила наших древних пастырей — митрополита Георгия, преп. Феодосия печерского и еще на какие-то заповеди неизвестного происхождения, о которых Нифонт заметил, что их следовало бы сжечь.
Постановление новгородского архиепископа Илии, касательно двух особенных случаев при совершении евхаристии.