Осенять себя крестным знамением — принадлежит к древнейшим обычаям.
Церковное пение получило в России значительное усовершенствование. Около 1051 года переселились в Киев из Царьграда три греческих певца со своими семействами, и от этих певцов началось в Русской земле, по выражению Степенной книги, ангелоподобное пение, то есть: изрядное осмогласие, пение на восемь гласов церковных; трисоставное сладкогласование, как догадываются, пение трехголосное, в котором прибавлялись верхние и нижние тоны; и самое красное демественное пение, пение собственно гармоническое, целым хором расположенное на несколько голосов и происходившее под управлением так называемых доместиков (регентов).
Еще прежде 1071 года мы видим в Киево-Печерском монастыре доместика Стефана, а около 1134 г. в новгородском Юрьевском монастыре доместика Кирика, которые, следовательно, управляли ликами (хорами) певчих в своих обителях. Естественно предположить, что такие же доместики и хоры существовали при митрополитах и епископах или при соборных церквях каждой епархии. В Киеве к концу XI и в начале ХII в. известен был двор доместиков за Десятиною церковью, где, должно быть, доместики жили и обучали русских церковному пению.
Около 1130 года пришли из Греции к великому князю Мстиславу (ум. 1132 г.) еще три «гораздые» певца, которые, вероятно, также обучали русских пению, и из которых один, Мануил, поставлен в 1137 г. епископом на Смоленскую епархию.
Достойно замечания, что некоторые краткие молитвы и стихи у нас пелись тогда по-гречески. Многочисленные толпы народа, при двоекратном торжественном перенесении мощей Св. Бориса и Глеба (в 1072 и 1113 г.), единогласно взывали: «Кирие елейсон». Звенигородцы, в 1146 году освободившись от врагов, также взывали: «Кирие елейсон».
Известен также у нас искони древний болгарский напев.
Греческие ноты Дамаскина состояли из букв, поставленных прямо, боком, лежа. После из них составились крюки с определенным значением, которые перешли к нам, удержав греческие названия, и были у нас «по нужде распространяемы».
Самые замечательные храмы сооружены были тогда у нас, как и прежде, князьями. Так, после Св. Владимира и Ярослава, великий князь Всеволод построил каменную церковь Св. Архистратига Михаила (1069 г.) в Выдубицком монастыре, такую же церковь Св. апостола Андрея (1086) в киевском Андреевском монастыре. Великий князь Святополк воздвиг (1108) каменную церковь во имя своего ангела Архистратига Михаила в Киево-Михайловском монастыре, которая существует доныне. Владимир Мономах соорудил каменные церкви: Св. Богородицы в Ростове (прежде 1078), совершенно подобную по высоте, длине и ширине великой Киево-Печерской церкви, в память чудесного исцеления своего при заложении сей последней; Св. Богородицы в Переяславле (1098 г.) на княжем дворе; Св. Богородицы соборную в Смоленске (1111 г.); Св. муч. Бориса и Глеба на р. Алте (1117 г.); Св. Спаса во Владимире на Клязьме (ок. 1116 г.). Последняя, впрочем, была, кажется, деревянная.
Удельный князь черниговский, Олег Святославич, соорудил каменную церковь в Вышгороде во имя Св. мучен. Бориса и Глеба, куда в 1115 году и перенесены их мощи. Брат Олега, Давыд Святославич (ум. 1123), соорудил церковь Св. муч. Бориса и Глеба в Чернигове.
Мстислав Владимирович построил две каменные церкви в Новгороде: Благовещения Пресвятой Богородицы на Городище (1103 г.), и Св. Николая на княжем дворе (1113 г.), которые существуют доныне, и две каменные в Киеве: Св. Феодора (1129 г.) и Св. Богородицы, называемой Пирогощей, в 1131 году.