Ближайшие соседи русского племени: В XVIII в. окончательно падает великая держава XVI столетия — Польша. Слегка оправившись от своих неудач середины XVII в. (царствование Яна Собесского, 1673—1695), она была вновь расшатана ударами Северной войны, доставшимися более всего на ее долю. Для развития польского торгового капитала было роковым отсутствие выходов к морю; в то время как Россия складывалась около большого торгового пути, постепенно завладевая всем его протяжением, поляки лишились выходов к Черному морю, не владея вполне и выходами на Балтийское. Политически уже в 1730-х годах Польша стояла так низко, что вопрос о польском короле решался в Париже, Вене и Петербурге, а не в Варшаве (так называемая война за «польское наследство») В 1760-х годах русский и прусский президенты в Варшаве распоряжались в Польше, как в своей провинции, держа на своем жалованьи группы польских помещиков. Попытка Франции вмешаться в дело (Барская конфедерация, 1768), только ускорила первую катастрофу — раздел 1772 г. Лишь под самый конец века буржуазия крупная (конституция 3 мая 1791) и мелкая (восстание Костюшки, 1794) пытается взять дело в свои руки, но слишком поздно: Польша была уже не в силах бороться с коалицией России и Пруссии. Эта последняя вместе с Австрией, т. е. пестрой кучей земель, теми или инымм путями сосредоточившихся в руках Габсбургской династии (потомство брата Карла V, см. XVII в., собств. Австрия, Венгрия, Богемия, Тироль, южнославянские земли и пр.), и выдвигаются теперь на место ближайших соседей «Российской империи», сменяя Польшу и Швецию. В XVIII в. между Австрией и Пруссией уже начался тот спор за первенство в центральной Европе, который закончился только в следующем столетии (1865). Во время «войны за австрийское наследство» (1741—1748) Пруссия (Фридрих II, 1712—1786) захватила Силезию — центр текстильной промышленности тех дней. Попытка Австрии отнять Силезию обратно, во время Семилетней войны (см. 1-й столбец слева), где она была на стороне Франции, не имела успеха. К концу столетия, увеличившись еще обломками Польши, Пруссия становится на то место одной из великих восточноевропейских держав, которое в XVII в. занимала Швеция. Во внутреннем управлении Пруссия Фридриха II представляла попытку приспособить бюрократическую монархию к потребностям быстро растущего капитализма. Фридрих успешнее боролся с остатками феодализма, чем например современная ему Франция. Еще решительнее по этому пути пошла его неудачная соперница — Австрия при Иосифе II (1780—1790), ограничивавшем крепостное право, боровшимся с влиянием духовенства и т. д. Австрии и на этом пути не повезло: реформы Иосифа II («просвещенный деспотизм») не имели успеха, но Пруссии ее приспособляемость очень помогла в следующем ХIХ столетии.
XIX в. 1801—1830 гг.
Главные события всемирной истории: Первая треть века является продолжением и заключением последних десятилетий предыдущего столетия. Французская революция продолжается в другой форме. Лишенная, после разгрома мелкой буржуазии и пролетариата, своей демократической сущности, отлившись в форму наглой и циничной диктатуры крупного капитала, быстро росшего на почве военных подрядов, поставок и т. п., она нисколько не утратила своего антифеодального смысла, закрепив юридическую ликвидацию «старого порядка» в «Гражданском кодексе» (иначе «Кодекс Наполеона» 1804). Что военная диктатура в том же году была увенчана императорской короной, — не изменило дела, так как солдатская империя генерала Бонапарта, ставшего Наполеоном I, отнюдь не была восстановлением старой монархии и управлялась бывшими членами Конвента и генералами революции, пошедшими на службу к капиталу. Франция начала XIX в. была первым чисто буржуазным государством Европы, опередив в этом отношении Англию, где крупное землевладение с наследственными привилегиями продолжало играть командующую роль. Более буржуазные порядки можно было найти только в Америке, — в Европе Франция была охвачена кольцом полуфеодальных держав, противоречие которых с французской революцией было безвыходное. Этим пользовалась сама полуфеодальная в эти дни Англия, организуя против Франции одну «коалицию» за другой (война Англии и Франции лишь на очень короткое время была прервана Амьенским миром, 1802): Россию и Австрию — 1805, Пруссию и Россию — 1806-1807, одну Австрию — 1809, одну Россию — 1812, Россию, Пруссию, Австрию и Швецию — 1813-1814 гг. Громя эти коалиции (Аустерлиц, ноябрь 1805, Иена, октябрь 1806, Фридланд, июнь 1807, и т. д.), армия Наполеона невольно разносила по всей Европе идеи «Гражданского кодекса», их появление сопровождалось всюду, где почва была сколько-нибудь подготовлена, падением «старого» порядка (полнее всего в Западной Германии и в Северной Италии, но косвенно и в Пруссии и в Польше, см. последний столбец справа). Англия имела успех сначала исключительно на море (Трафальгар, 1805), на что Наполеон ответил континентальной блокадой (1806), запершей континент для английских товаров. Но непрерывавшаяся в сущности война и русская катастрофа (1812, см. справа) настолько истощили Францию, что в 1814 г. она вынуждена была сдаться, а после новой вспышки 1815 г. окончательно разгромлена (Ватерлоо, 18 июня). После этого феодальная реакция завладела на короткое время и самой Францией (реставрация старой монархии в лице Бурбонов, 1814—1830, «Редкостная палата», 1815—1816 гг. из черносотенных помещиков). Но экономическое развитие Франции брало свое: июльская революция 1830 г. окончательно закрепила буржуазный режим (Луи-Филипп, 1830—1848). Общее экономическое развитие (не только Франции) выразилось между прочих и в целом ряде научно-технических открытий, падающих на 1-ю треть XIX в. (1807 — пароход Фультона, 1810 — скоропечатная машина, 1827 — гребной винт, 1830 — локомотив Стефенсона, специально французские изобретения: усовершенствованный ткацкий станок Жаккара — 1802, механическое льнопрядение Жирара — 1810).
Территория, занятая русским племенем: Девятнадцатый век уже не знает вольной колонизации, правительственная же принимает форму аннексии (захвата) чужих земель, не столько экономически нужных русскому племени, сколько политически и стратегически необходимых «Российской империи». В самом начале века эта последняя переходит Кавказский хребет (присоединение Грузии, 1801, Мингрелии, 1803, Имеретии, 1810, Восточного Закавказья до Аракса и Каспия по гюлистанскому (1813 — Баку) и туркманчайскому (1828 — Эривань) договорам с Персией — после почти 20-летних войн. Немного позднее ликвидируются последние владения Швеции на восточном берегу Балтийского моря (присоединение Финляндии до р. Торнсо (1809) и Турции на север от Черного моря (Бессарабия, 1812 и Анапа, 1829). Еще позже захватывается, в лице «Царства Польского», переделанного из созданного Наполеоном «Герцогства Варшавского» (частичное восстановление Польши, 1806—1813), плацдарм, дающий русской армии командующее положениее в Центральной Европе (1815). Во все эти места не происходит никакого переселения русских народных масс, русское племя представлено там только чиновниками и солдатами.
Главные события внешней истории: Все тридцатилетие заполнено русско-английским союзом, завязавшимся еще в конце предыдущего века, — разрыв его стоил жизни Павлу I (1801), — и начавшим ослабевать лишь к самому концу по мере развития в России промышленного капитализма. В основе политического союза лежал союз английского промышленного и русского торгового капитала; последний выкачивал из России необходимое английской промышленности сырье (лес, пеньку, сало, несколько позже пшеницу); из Англии Россия получала все необходимые ее командующим классам фабрикаты. Союз прерывался лишь на 5 лет (1807—1812) из-за военных неудач русско-английской коалиции, принудивших Александра I (1801—1825) заключить Тильзитский мир (1807) и подчиниться условниям «континентальной блокады» Наполеона (см. первый столбец слева). Уже в1810 г. экономическая необходимость принудила русское правительство нарушить блокаду, так как Франция могла доставлять только предметы роскоши: массовый привоз товаров исключался отсутствием между Россией и Францией дешевого водного пути (море было заперто англичанами). Политически Александр использовал Тильзитский мир, захватив в этот пятилетний промежуток Финляндию и Бессарабию (см. столбец слева). Нависшая с 1810 г. война разразилась в 1812 г. (так называемая «Отечественная война»), закончившись лишь в 1814 г. взятием русскими Парижа. Вся война велась на английские субсидии. Война сделала Александря «царем царей», «Агамемноном Европы» и т. д., а фактически хозяином центральной Европы, ибо русская армия с берегов Вислы одинаково могла нанести удар и на Берлин и на Вену. Это положение вещей было закреплено «Венским конгрессом» и «Священным союзом» (1815), фактически объединением восточноевропейских держав под гегемонией России (Англия не присоединилась к «Священному союзу», Франция в это время потеряла международное значение). Политическая гегемония России была лишь подготовкой к установлению экономической гегемонии русского торгового капитала над всем бассейном Черного моря, для чего нужно было утвердиться в Константинополе. Попытки использовать и для этого Тильзит (на так называемом «Эрфуртском свидании» Александра и Наполеона в 1808 г.) не удалось, что обессмыслило Турецкую войну, ведшуюся 6 лет (1806—1812). Дело было отложено до 20-х годов, когда восстание греков против турецкого владычества дало новый повод для открытия «восточного вопроса». Войну за Константинополь пришлось вести уже Николаю I (1825—1855). Вмешательство в греческо-турецкие дела началось в союзе с Англией и Францией (Наваринская битва, октябрь 1827, уничтожение турецкого флота английской, французской и русской эскадрами), но самую войну (1828—1879) пришлось вести одной России, и для захвата Константинополя у ней нехватило сил. По Адрианопольскому миру (1839) Россия должна была удовольствоваться аннексиями в Азии.
Главные события внутренней истории: Основным фактом тридцатилетия является возникновение в России промышленного капитализма (число фабрик (сукноткацких) 1801 — 155, 1825 — 324, бумаготкацких 1804 — 198, 1825 — 484, чугунолитейных и железоделательных заводов, 1801 — 26, 1825 — 170, первая мануфактурная выставка — 1829), который получает сильный толчок от континентальной блокады (см. 1-й столбец слева) и приносит с собою новую идеологию, буржуазную, напоминавшую идеологию Французской революции. Официальными кругами усваивались при этом идеи уже наполеоновской Франции, а передовой интеллигенцией — французские идеи предшествующего периода. Из первых вышли проекты Сперанского (более умеренный — 1803 г., более радикальные, — 1809—1810 гг.), из второй — проекты декабристов (см. ниже). Общею их чертой было отрицательное отношение к крепостному праву и стремление освободить крестьян на условиях, обеспечивающих быстрый рост в России необходимого промышленному капиталу пролетариата. Обстановка, обусловившая первый взрыв буржуазно-промышленной идеологии в России (изоляция России от иностранной конкуренции благодаря континентальной блокаде и резкое вздорожание хлеба под влиянием роста английского пролетариата и наполеоновских войн, что давало объективную возможность перехода к вольнонаемному труду в земледелии), была кратковременной: с 1819 г. вновь начинается ввоз английских товаров, а цены на хлеб начинают падать. Барщинный труд опять оказывается выгоднее батрацкого, а промышленность начинает испытывать острую нужду в сильной центральной власти для охраны интересов промышленного капитала от иностранной конкуренции («покровительственные» таможенные тарифы, начиная с 1823 г., и войны Николая I, завоевавшие для русских товаров турецкие и персидские рынки). Такой поворот дел заранее осуждал на неудачу замыслы тайных обществ (1814 — «Орден русских рыцарей», 1816—1817 — «Союз спасения», 1818 — «Союз благоденствия», с 1821 г. начинается заговор декабристов, разразившийся восстанием 14 декабря 1825 г., на юге — 31 декабря), скомпрометированные к тому же нерешительностью их тактики. В результате все свелось к окончательному закреплению бюрократически-полицейского строя (начало еще в 1802 г. — учреждение министерств): созданию корпуса жандармов и Третьего отделения императорской канцелярии (июнь—июль 1826). Вопоминаниями о противоположных тенденциях остались: закон о «вольных хлебопашцах» (1803) и учреждение Государственного совета (1810). 1828 — Мануфактурный совет.
Ближайшие соседи русского племени: Пруссия после разгрома ее Наполеоном (1806—1807) попадает в почти вассальую зависимость от Франции и косвенно втягивается в сферу действия «Гражданского кодекса» (реформы Штейна и Гарденберга: освобождение крестьян и т. п.). После падения Наполеона зависимость от Франции сменяется зависимостью от России (Фридрих-Вильгельм III, 1797—1840, «друг» Александра I). Больше самостоятельности сохранила Австрия, хотя также разгромленная французами и даже дважды (1805 и 1809) и воевавшая — как и Пруссия — вместе с Францией против России в 1812 г, Австрия совершенно не попала в сферу влияния «Гражданского кодекса» и представляет собою после 1815 г. тип чисто реакционного, феодального государства с полицейщиной, крепостным правом и т. д. (канцлер Меттерлих, 1773—1859). На ней держалась реакция в Германии (Карлсбадские постановления 1819), а она сама при этом опиралась на Россию, но сохраняя гораздо большую независимость по отношению к последней, чем Пруссия. Более всех стран Восточной Европы подверглась французскому влиянию Польша, непосредственно зависевшая от Наполеона в период «герцогства Варшавского» и сохранившая особую конституцию при переходе под власть Александра I. Систематические нарушения этой конституции вызвали восстание поляков в ноябре 1830 г.
XIX в. 1831—1866 гг.
Главные события всемирной истории: Промышленный капитализм, распространившись на всю Европу, завладевает ее Западом и центром: Франция и Германия становятся такими же индустриальными странами, какой в XVIII в, была одна только Англия. Франция, после июльской революции (1830), окончательно освободившаяся от остатков «старого порядка», вместе с династией Бурбонов, при Орлеанской династии (Луи-Филипп, 1830—1848) принимают форму цензовой парламентской монархии, все время подмываемой снизу непрекращающимся с 1830 г. движением пролетарской и пролетаризуемой массы. В 1848 г. движение достигает силы и размеров новой революции (февральская революция), но буржуазии при помощи кулацкого крестьянства удается разгромить центр рабочей революции («июньские дни», 1848) — Париж, после чего снова устанавливается режим начала столетия («Вторая империя» племянника Наполеона I, Луи-Наполеона III, с конца 1848 г. президента провозглашенной в феврале республики, после переворота 2 декабря 1851 г. утратившей парламентскую форму, с 1852 г. превратившейся в монархию типа «Первой» империи). Вторая империя идет по следам первой и в области внешней политики (участие Франции в «Крымской» войне против России, 1854—1856, война с Австрией 1859, экспедиции в Китай 1860 и в Мексику 1862—1866, еще раньше, с 1830 г., Франция завоевывает Алжир), но чем дальше, тем больше натыкается на сопротивление других государств промышленного капитала, раньше всего складывающейся под гегемонией Пруссии — Германии («Таможенный союз» германских государств, с 1831—1835). В борьбе промышленной буржуазии разных стран за рынки развивается национализм, который Наполеон III старается использовать (объединение Италии под властью экономически наиболее развитого Пьемонта, 1859—1861, при помощи французов). В Англии победа промышленной буржуазии выразилась в ликвидации политической монополии крупного землевладения (парламентская реформа, 1832) и торжестве свободы торговли (отмена пошлин на хлеб, 1846). Широкое рабочее движение (чартизм, от «народной хартии», 1838 г.) и здесь потерпело неудачу, хотя и не кроварую, как во Франции. Рабочее движение создало популярность для социалистической литературы, которая сама по себе, до Маркса, еще не была прямым его отражением, а продолжала развивать идеи «Просвещения» XVIII столетия (Оуэн в Англии, 1771—1858, Сен-Симон, 1760—1825 и Фурье 1772—1837, во Франции). По мере обострения классовой борьбы зарождается чисто пролетарский коммунизм (Коммунистический манифест, 1848) и складывается международное рабочее движение (Первый Интернационал, 1864).
Территория, занятая русским племенем: В Европе в общем окончательно складывается к каналу 2-й трети XIX ст. (частичное колебание — потеря Бессарабии в 1856 г., возвращенной в 1878). Завоевание Кавказа (оконч. с 1864) смыкает старую «кавказскую линию» с аннектированным в начале века Закавказьем и начинает собою серию азиатских захватов (Средняя Азия; Ак-Мечеть ( Перовск) — 1853, Ташкент — 1865. Дальний Восток, берега Амура еще при Николае I, окончательно Амурский и Уссурийский край в 1858—1860). Разведки проникают еще дальше (1836 — русская миссия в Афганистане, 1853—1654 — русская экспедиция в Японию и т. д.), уже с конца XVIII в. русская компания эксплоатирует так называемые «российско-американские владения» — полуостров Аляску и Алеутские острова, в 1867 г. проданные Соединенным штатам.